Выступление Президента НП «НАПФ» на третьем Российском пенсионном форуме «Стратегия долгосрочного развития пенсионной системы Российской Федерации»

Угрюмов Константин Семенович
Президент Национальной ассоциации негосударственных пенсионных фондов
22.12.2011
 


Уважаемые коллеги!

 

 

Наша уже третья по счету встреча в таком формате традиционно проходит в конце года. Это дает возможность в очередной раз подвести некоторые итоги, обсудить важные проблемы и тенденции развития пенсионной системы.

Особенность этого форума – он проходит на фоне активной дискуссии, в т.ч. в СМИ, вызванной представлением Министерством здравоохранения и социального развития в Правительстве РФ аналитического доклада с оценкой состояния пенсионной системы и предложениями о различных сценариях ее развития в перспективе.

К сожалению, представители пенсионного сообщества до сих пор не имеют возможности ознакомиться с официальным текстом доклада, несмотря на заверения руководства Министерства. Поэтому, мы вынуждены анализировать и оценивать то, что «утекло» в СМИ. В этой связи нам кажется весьма странной такая организация взаимоотношений регулятора и пенсионного сообщества.

Ведущая тема упомянутого доклада – проблемы дефицита пенсионной системы, решать которые предлагается различными способами, главным из которых является отмена накопительного компонента в обязательном пенсионном страховании и направление 6% страхового взноса в распределительную составляющую.

Мы уже слышали, что Министерство якобы не вносило таких предложений. Но у нас нет никаких сомнений в данной позиции Минздравсоцразвития, о чем свидетельствует содержание и, главное, выводы доклада.

НАПФ надеется на то, что Минздравсоцразвития организует широкое общественное обсуждение положений доклада, поскольку это затрагивает судьбоносные проблемы социально-экономического развития страны. Поэтому, мы не ставили задачу подробного анализа доклада на этом форуме. Остановлюсь лишь на принципиальных характеристиках накопительного компонента пенсионной системы, причем в сравнении с тем, как это делает регулятор.

Но, в начале, я хотел бы отметить, что пенсионная система в России в нынешнем виде – это уникальная по своему содержанию система, построенная на сочетании распределительных и накопительных механизмов в обязательном пенсионном страховании (в отличие от многих других стран, где это организовано на альтернативной основе).

Такая смешанная система имеет возможности лучше других реагировать на финансовые или демографические вызовы. А наличие проблем, многие из которых унаследованы с советских времен, не должно служить основанием к демонтажу ее конструктивных составляющих (как это предлагает Минздравсоцразвития). В этом случае можно расстроить всю систему.

Накопительный компонент российской пенсионной системы, как единый организм, функционирует сегодня:

  • в обязательном режиме, включая государственную программу поддержки формирования пенсионных накоплений на основе паритетного софинансирования, в рамках обязательного пенсионного страхования;
  •  в добровольной (дополнительной) форме в системе НПФ.

Практический опыт его осуществления доказал жизнеспособность даже в кризисных условиях. Вот лишь некоторые показатели в пользу такого вывода:

В сравнении с 2007 годом (докризисным) общий объем средств накопительного компонента -  и государственных, и частных – увеличился в 2,5 раза и составляет почти 2 трлн. рублей. Пенсионные накопления, формируемые в НПФ, выросли в 5 раз и достигли 142 млрд. рублей. За этот же период численность застрахованных лиц, выбравших в качестве страховщика НПФ вместо ПФР, увеличилось в 4 раза – с 1,8 млн. до 7,5 млн. человек (а к концу текущего года, по нашим оценкам, значительно превысит 9 млн. человек).  Желание формировать пенсионные накопления при содействии (софинансировании) средств федерального бюджета изъявили уже 3,2 млн. человек.

Если учесть, что одновременно 6,7 млн. человек участвуют в системе добровольных пенсионных программ, то можно говорить, что в накопительном компоненте формируются материальные права и интересы более 12 млн. человек (часть застрахованных лиц участвуют одновременно в двух схемах).

Очень важно отметить некий ментальный момент. Молодое поколение начинает понимать, что накопительная составляющая – это их будущее. Об этом свидетельствует тот факт, что среди тех, кто перевел свои накопления из ПФР в НПФ, доля молодых достигла уже 80%, а среди участников программы софинансирования – более половины.

Все это дает нам основание с ответственностью утверждать, что развитие накопительного компонента в системе НПФ идет в позитивной динамике.

Не замечать этого нельзя. Однако этого не делает наш регулятор, который с упорством, достойным лучшего применения, продолжает, в т.ч. и в упомянутом докладе, штамповать утверждения и выводы о провале накопительного компонента.

Приведу лишь некоторые из «мифов» в отношении накопительного компонента.

  • Утверждается, например, что его недостаток в том, что граждане не делают выбора в пользу НПФ. Сделали это только 10% застрахованных лиц.

Но, если быть точным и объективным, то надо, во-первых, вспомнить, что из 70 млн. человек, имеющих право на накопительную часть пенсии в ПФР, более 22,5 млн. человек – это лица до 1967 г. рождения. Напоминаю, что в 2005 году их, по сути, лишили этого права и соответственно выбора между НПФ и ПФР. Да, и не забывайте о том, что НПФ получили статус страховщика в обязательном пенсионном страховании  фактически только с 2005 года, т.е. при всем желании эти граждане не могли бы реализовать свой выбор.

Очевидно, что сложившееся положение – это результат государственного регулирования в пенсионной системе, а не мотивированного поведения граждан. И если учесть этот фактор, то доля активных граждан выбравших НПФ будет более 20%. Совсем неплохо за 5 лет!

Во-вторых, вряд ли можно считать ту или иную долю людей, перешедших (или не перешедших) в НПФ показателем недостатка накопительного компонента. Это право выбора застрахованного лица, где формировать пенсионные накопления.

  •  Не менее важный аргумент «за» выведение накопительного компонента из системы обязательного пенсионного страхования, указанный в докладе Минздравсоцразвития - это низкая доходность от инвестирования средств пенсионных накоплений.

Во-первых, мы уверены, что делать вывод за шесть-семь лет практического инвестирования длинных денег, мягко говоря, не очень корректное занятие. Во-вторых, проблемы инвестирования лежат вообще за пределами накопительного компонента. А в-третьих, доводы разработчиков о низком инвестиционном потенциале и результатах разбиваются совершенно очевидными цифрами. Накопленная доходность за пять лет инвестирования средств пенсионных накоплений в обязательной пенсионной системе в НПФ сегодня составляет 94,6%. При этом накопленная инфляция – около 67%. В негосударственном пенсионном обеспечении за пять лет максимальная доходность составила 113%, средняя – 81,2%, а за десять лет накопленная доходность – 213% при накопленной инфляции за десять лет 181%.

Для сравнения следует сказать о том, что доходность в ГУКе за те же 5 лет (2005-2009 гг.) составила лишь 31%, но это результат неэффективного государственного управления, вложения инвестиций преимущественно в государственные обязательства.

Хотелось бы также напомнить тем, кто интересуется проблемами доходности по пенсионным средствам, следующее: некоторое время назад Совет Федерации вносил предложение освободить от налога на прибыль доходы от инвестирования пенсионных средств. Понимая при этом, что речь идет о доходах, направляемых на пенсионные цели. Однако на заседании правительственной комиссии по законопроектной деятельности это предложение было отклонено. Нужны ли здесь комментарии?

  • Еще один «миф» противников накопительного компонента в обязательном пенсионном страховании – это непрозрачность и неэффективность работы НПФ, отсутствие сопоставимой с государственной пенсионной отчетности.

Это не может не вызвать удивления. Вряд ли Министерству неизвестно, что отчетность у НПФ самая, что ни на есть, государственная. Она установлена действующим федеральным законодательством, а регулирует и контролирует ее государственный орган -  ФСФР.

Что же касается неэффективной работы НПФ, то хотелось бы, чтобы в процессе государственного регулирования были бы разработаны и утверждены критерии определения эффективности (неэффективности) деятельности НПФ. Без этого подобные утверждения представляются голословными.

  •  И последнее в этом ряду – имеющиеся рассуждения о противоречии между публично-правовым регулированиям отношений в рамках обязательного пенсионного страхования и сущностью накопительного компонента, создаваемого, по мнению составителей министерского доклада, с целью получения прибыли его участниками.

Нам кажется, данное суждение абсолютно надуманным. Накопительный компонент является, во-первых, способом формирования средств для финансирования пенсии, отличным от использования для этого текущих страховых взносов. Во-вторых, законодательно определено,  и мы это знаем, что прибыль негосударственных пенсионных фондов направляется на уставные цели и задачи, т.е. направляется на пенсионные цели, а не распределяется среди его участников. В третьих, отсутствие у застрахованных лиц права собственности на пенсионные накопления и полноценного наследования ничуть не мешает и не тормозит развитие накопительного компонента.

Проблема собственности в данном случае в большей степени носит теоретический характер. Кстати, в правовой теории есть немало различных точек зрения относительно права собственности застрахованного лица на страховые взносы - это отложенная зарплата застрахованного лица, это средства работодателя и т.д. и т.п. Однако ни у кого это не встречает возражений на практике и не мешает функционированию обязательного пенсионного страхования.

Безусловном, в накопительном компоненте пенсионной системы не все гладко, существуют трудности, проблемы, подводные камни. Я не претендую на полный анализ этих проблем, отмечу буквального несколько, которые мне кажутся весьма существенными.

Первая. В процессе  привлечения застрахованных лиц в негосударственные пенсионные фонды мы реально столкнулись с проблемой нарушения прав этих лиц при выборе страховщика. Несмотря на то, что количество случаев нарушений по сравнению с общей численностью привлеченных, просто мизерное (по нашим оценкам это один человек на 10 тысяч привлеченных), тем не менее, эти случаи имеют огромный общественный резонанс, который во многом  подогревается сегодня искусственно. И мы не может не обращать на это внимания.

В связи с этим Национальная ассоциация негосударственных пенсионных фондов в очень тесном контакте и взаимодействии с Пенсионным фондов России разработала ряд мер по предотвращению и борьбе с нарушениями прав застрахованных лиц.

Мы рассмотрели более 600 обращений застрахованных лиц, связанных с нарушениями их прав. На сегодняшний день из этих 600 человек решили вернуться назад в Пенсионный фонд России только 56 человек. Остальные 544 приняли решение оставить свои накопления в негосударственных пенсионных фондах, несмотря на то, что была определенная обида. Мы серьезно относимся к этой проблеме, будем продолжать ее решать и не собираемся от нее отмахиваться.

Другая, гораздо более серьезная проблема лежит в области инвестирования средств пенсионных накоплений. Известное противоречие между долгосрочным характером инвестирования пенсионных средств и ежегодной фиксацией результатов инвестирования особенно ярко проявилось в период финансового кризиса. Фиксирование виртуальных убытков в период кризиса, несмотря на долгосрочный характер средств пенсионных накоплений, вызвало временную панику не только среди клиентов НПФ, но и со стороны отдельных руководителей фондов, их бенефициаров, и породило сомнения в результатах долгосрочного инвестирования накопительного компонента. И хотя в течение следующего года эти виртуальные потери полностью удалось «отыграть», осадок, безусловно, остался.

Я ответственно заявляю, что этим осадком сегодня умело пользуются принципиальные противники накопительного компонента пенсионной системы, так и те, кто сегодня пытается решать свои частные экономические или регионально-политические проблемы за счет накопительного компонента.

Обратите внимание, какая истерия в прессе нередко поднимается и искусственно раздувается вокруг инвестиционных результатов конкретных НПФ. Это нас не может не беспокоить. Я бы сказал, что даже политически вредно имеющиеся ошибки в управлении или объективные трудности выдавать за системную проблему накопительного компонента, на этой основе делать вывод о бесперспективности инвестиционной составляющей накопительного компонента пенсионной системы. Мы говорили, говорим и будем говорить, что средства накопительного компонента пенсионной системы – это мощнейший инвестиционный потенциал России, экономическая база для модернизации экономики.

Говоря об инвестиционном процессе, хотел бы отметить, что его результативность во многом была бы выше, при наличии государственной программы (стратегии) инвестирования пенсионных средств. Такую программу нужно разработать с учетом интересов развития российской экономики (с приоритетным финансированием перспективных инновационных проектов), долгосрочного характера инвестиционного ресурса и необходимости обеспечивать достаточную доходность по счетам застрахованных лиц.

Третья проблема – обеспечение гарантий сохранности и возвратности средств пенсионных накоплений.

Безусловно, необходимо разработать и внедрить, наряду с другими мерами, государственную систему страхования этих средств по аналогии с системой страхования сбережений граждан в кредитных организациях. Расчеты показывают, что затраты государства в этом случае существенно ниже затрат в страховании банковских вкладов.

Однако и здесь мы встречаем запретительное предостережение. Как подчеркнуто в министерском докладе, государство не должно нести ответственности за формирование пенсионных накоплений в негосударственном секторе (скорее всего, это и есть одна из основных задач выведения накопительного компонента из обязательного пенсионного страхования).

Государство, как известно, сочло необходимым гарантировать сохранность вкладов граждан в банках, ни один из которых (или подавляющее большинство) не является государственным, путем создания соответствующего агентства. Нам непонятно, почему же для пенсионных сбережений граждан в НПФ регулятор предлагает установить шлагбаум? По каким критериям определяются государственные приоритеты в отношении материальных прав граждан?

Четвертая. В правовом регулировании накопительного компонента в целом и деятельности НПФ, в частности, имеется немало пробелов, требующих принятия, в т.ч. неотложных, решений.

Примером тому является неприлично многострадальный закон о финансировании выплат накопительной части трудовой пенсии, проект которого уже восемь лет ходит по министерствам и ведомствам. И это несмотря на то, что на совещании в Правительстве в начале этого года были согласованы концептуальные положения данного законопроекта. Начиная с прошлого года, Пенсионный фонд Российской Федерации и негосударственные пенсионные фонды получают заявления граждан о начале выплаты накопительной части трудовой пенсии. При этом ни закона, ни порядка осуществления этих выплат до сих пор не существует.

У нас в связи с этим, как минимум, два вопроса к Минздравсоцразвития.

Когда вы критикуете накопительный компонент из-за якобы недостаточной активности граждан, учитываете ли вы при этом, что они, эти граждане, из-за отсутствия упомянутого закона не знают правил поведения, т.е. как будут назначать и выплачивать накопительную часть пенсии? Причем это касается как НПФ, так и государственного пенсионного фонда.

Второй вопрос. Понимает ли регулятор, что отсутствие закона – это нарушение прав застрахованных лиц, обеспечение защиты которых является одной из важнейших задач регулятора?

Представляется, что ссылки на то, что обращения граждан за накопительной частью пенсии не носят массового характера, не могут быть приняты в оправдание бездействия.

По нашему мнению, выход из сложившейся ситуации может быть следующим. Сейчас нет необходимости принимать законодательное решение о порядке финансирования накопительной части пенсии в полном объеме. В силу понятных причин суммы пенсионных накоплений не являются существенными и могли бы быть предложены застрахованным лицам для единовременной выплаты всей накопленной суммы. Именно об этом и можно было бы сейчас оперативно принять закон, продолжив необходимую работу.

В закон о трудовых пенсиях, на наш взгляд, нужна короткая  поправка, разрешающая проблему срочности выплаты накопительной части пенсии. Можно указать, что для накопительной части пенсии (в отличие от страховой) действует особый режим выплаты, устанавливаемый федеральным законом.

Недостаток данного предложения  состоит в том, что происходит некоторое нарушение фундаментальных теоретических принципов обязательного пенсионного страхования (пожизненная выплата пенсии). Однако, в виду очевидной необходимости решения проблемы порядка выплаты накопительной части пенсии этой идеологической чистотой в данном случае можно было бы пренебречь, как это имеет место в отношении иных страховых постулатов.

А пока мы вынуждены направлять людей, обращающихся к нам с соответствующими заявлениями в суд, чтобы тот обязал НПФ выплачивать накопительную часть пенсии в отсутствие необходимой нормативной базы. По-моему, это стыдно для нашей системы.

Еще один пример – это налогообложение правопреемников застрахованных лиц. Больная тема, когда в результате либо сознательной, либо случайной ошибки в законодательном акте получили льготу по налогу на доходы физических лиц только правопреемники застрахованных, которые находятся в ПФР. И, несмотря на то, что Ассоциация забросала предложениями и просьбами министерства, ведомства, все с нами соглашаются, но пока решений не принято. Очень надеюсь, что наконец-то законопроект, который мы подготовили, и он уже начал продвижение, еще до конца этого года все-таки попадет в Думу, и справедливости будет восстановлена.

В принципе, перечисление недоработок в нормативном поле можно было бы продолжить, но в целом складывается ощущение, что от негосударственных пенсионных фондов в государственном регулировании накопительного компонента либо отмахиваются, как от назойливой мхи, а фонды действуют в качестве страховщика не благодаря, а вопреки этому регулированию Либо искусственно создаются те препоны, которые можно в дальнейшем показать как несостоятельность всего накопительного компонента.

Есть еще одно очень важное обстоятельство, к которому хотелось бы привлечь внимание участников форума.

У нас есть большие сомнения в объективности и достоверности расчетов, на которых основываются многие утверждения и выводы аналитического доклада Минздравсоцразвития, касающиеся накопительного компонента.

  • В частности, утверждается со ссылкой на актуарные расчеты, что для того, чтобы накопительная часть пенсии в общей структуре пенсии составляла хотя бы 15%, нужно платить 6% взносов с заработка 600 тысяч рублей в год в течение 30 лет. Скорее всего, это тоже из той же области мифов.

Независимые эксперты подсчитали, что при долгосрочном демографическом прогнозе Минздравсоцразвития (от 2008 года) и действующем тарифе отчислений на накопительную часть пенсии (6%) при 30-ти летней уплате взносов с заработка, равного средней зарплате по стране. Выплаты накопительной части пенсии в 2032 году составят 23% от общей суммы пенсии, в 2040 году – 26%, а к 2050 году – 28,5%  всей пенсии.

Как видно, это существенно расходится с тем, что утверждает Министерство.

Утверждается, например, что если бы 6% страховых взносов не направлялись на формирование пенсионных накоплений, а использовались на текущее финансирование пенсий, то можно было бы проблему сбалансированности  пенсионной системы решить без увеличения с 20% до 26% страхового тарифа. В последующие годы бездефицитность ПФР обеспечивалась бы при тарифе взносов 22-23%.

Не правда ли, звучит заманчиво? Однако…

Расчеты независимых экспертов показывают, что отмена накопительного компонента позволит экономить от 0,7% ВВП в 2012 году до 1,3% ВВП в 2013 году (напомню, в 2011 году дефицит пенсионной системы составляет 1,8% ВВП). При этом надо учитывать, что если часть застрахованных лиц, которые формируют пенсионные накопления в НПФ (около 9 млн. чел.), там и останутся,  то указанная экономия будет, естественно, меньше.

А теперь сравните это с расходами федерального бюджета на покрытие дефицита распределительной составляющей пенсионной системы, включая валоризацию. Обращает на себя внимание то, что расходы на валоризацию пенсий (по существу страховые) также можно считать дефицитом пенсионной системы, поскольку они покрываются за счет федерального бюджета и в условиях 2011 года составляют около 1% ВВП.

Итак, в 2012-2014 гг. федеральный бюджет будет направлять на покрытие дефицита ПФР средств в объеме 2,8% ВВП ежегодно, а в 2015 году – 3% ВВП. Накопительные средства в ГУКе позволят покрыть дефицит одного лишь 2012 года.

При сохранении обязательного накопительного компонента с 2033 года средств федерального бюджета на покрытие дефицита пенсионной системы нужно будет меньше, чем при отмене этого компонента – примерно на 0,7% ВВП к 2050 году.

Таким образом, утверждение о том, что ликвидация накопительного компонента в обязательном пенсионном страховании является решением проблем дефицита пенсионной системы – несостоятелен.

Очевидно, поиск возможностей предотвращения или устранения этого дефицита нужно вести по другим направлениям и, в первую очередь, путем решения проблемы досрочных пенсий, которые в текущих расходах ПФР превышают 25%. К сожалению, с 2003 года этой проблемой в кругах органов исполнительной власти никто всерьез не занимается. Как нам кажется, из-за отсутствия приоритетной ответственности какого-либо ведомства за подготовку проектов необходимых решений.

НАПФ исходит из того, что решения в отношении будущего пенсионной системы в России требуют общественного согласия. Причем в основе принятия решения в этой сфере, как подчеркнул недавно Президент Российской Федерации Д.А.Медведев, должны лежать не только финансовые соображения.

По нашему мнению, одна из основных задач накопительного компонента, функционирующего в рамках обязательного пенсионного страхования, состоит в том, чтобы формировать у населения, начинающего трудовую деятельность, осознанную потребность создавать пенсионные накопления для своей будущей пенсии.

Основываясь на этом, мы не считаем возможным противопоставлять интересы будущих пенсионеров и потребности пенсионеров действующих, или тех, кто вскоре станет ими. И, уж тем более обосновывать революционные изменения патерналистскими настроениями и интересами низкодоходных слоев населения, как это сделано в аналитическом докладе Минздравсоцразвития РФ.

Предложения о ликвидации накопительного компонента в обязательном пенсионном страховании и возврате к полностью распределительной основе, означают возврат к пенсионной системе, существовавшей в СССР. Ее основное назначение – борьба с бедностью среди пенсионеров с понятной уравнительной, без приемлемого уровня дифференциации, пенсией.

Есть и другой аспект проблемы. Если предположить, что нежелательное решение об отмене обязательного накопительного компонента будет принято (продавлено), то и в этом случае нет никаких гарантий, что процесс на этом остановится и в распределительную систему больше не потребуется серьезных вливаний.

Напротив, нам кажется, что повышение страховых тарифов с 1 января 2011 года в сочетании с предложениями ликвидировать обязательный накопительный компонент как раз и является сигналом, свидетельством того, что и в дальнейшем следует ожидать увеличения тарифов страховых взносов, т.е. увеличения налоговой нагрузки на бизнес.

Мы убеждены, что при всей чувствительности обсуждаемой проблемы и важности решения социальных задач не менее важно следующее. Первое – сохранить обязательный характер пенсионных накоплений как долгосрочного инвестиционного ресурса для целей развития экономики. Второе – не допустить падения имиджа власти и государства. А это обязательно произойдет, если вновь, как это уже было, последует отказ от ранее заявленных обязательств в пенсионной системе.

Руководствуясь этими соображениями, хочу заявить от имени Совета Национальной ассоциации негосударственных пенсионных фондов:

Ассоциация поддержит только те предложения по развитию пенсионной системы, которые будут способствовать совершенствованию, а не ликвидации обязательного накопительного компонента.

Мы будем последовательно отстаивать позицию профессионального сообщества и готовы к конструктивному диалогу со всеми участниками форума, со всеми заинтересованными министерствами и организациями.

 

скачать статью

 
  • Страницы статьи:
  • 1
Showing record 2 of 3 Index
 

ЧИТАЙТЕ В НОМЕРЕ:

№ 1 (5) январь-март 2011 г.

Скачать журнал
 
Тел./факс: +7 (495) 287-85-78
Наш адрес: ул. 2-ая Звенигородская, д. 13, стр. 42, 4 этаж, г. Москва, 123022
e-mail: info@pensionobserver.ru